Звёзды.Ру

Антон Дельвиг

Категории › ИскусствоЛитератураПоэтыСовременники

Антон Дельвиг

Русский поэт, издатель.

Имя: Антон
Фамилия: Дельвиг
Дата рождения: 17.08.1798
Гражданство: Россия

Перелистывая пожелтевшие от времени страницы однотомника поэзии и писем Антона Дельвига - редкое теперь издание, наткнулась на фразу комментатора книги (В. Э. Вацуро):"Творчество Дельвига нелегко для понимания. Оно нуждается в исторической перспективе, в которой только и могут быть оценены его литературные открытия" Растерялась.

Пожала плечами. Зачем же я пишу о нем? А не слишком ли далеко? А не слишком ли ненужно?: Но тут где - то в уголке настоящей сердечной памяти всплыли другие строки, прочитанные давным - давно: "Смерть Дельвига нагоняет на меня тоску. Помимо прекрасного таланта, то была отлично устроенная голова и душа незаурядного закала. Он был лучшим из нас. Наши ряды начинают редеть.":( Пушкин - Е. М. Хитрово. 21 января 1831 г.) На глаза навернулись слезы. Непрошенные, смешные. И я решилась. Пушкин не разбрасывал слов понапрасну. И если сказал:"Он был лучшим из нас", то это истинно так.

Разрешите вам представить "лучшего." Друга Пушкина. Русского поэта. Первого издателя первой русской "Литературной газеты". Критика и публициста. Переводчика и собирателя фольклора. Просто барона Антона Антоновича Дельвига, "чья жизнь была богата не романическими приключениями, но прекрасными чувствами, светлым чистым разумом и надеждами" (Пушкин - из письма П. Плетневу 31 января 1831 г.)

Антон Антонович Дельвиг родился 6 августа 1798 года в Москве. Принадлежал к обедневшему но старинному дворрянскому роду баронов Дельвигов.Отец его был помощником коменданта Московского Кремля, по старинному - плац - майором. Мать, Любовь Матвеевна, из рода русских дворян Красильниковых. На вопрос анкеты "сколько имеет во владении душ, людей, крестьян?" -наследник баронского титула после смерти отца чистосердечно отвечал: " Не имею".

Начальное образование Антоша Дельвиг получил в частном пансионе И под руководством домашнего учителя А. Д.Боровкова, который привил ему вкус к русской словесности и отвращение к точным наукам.

В октябре 1811 года г-н Боровков привез толстенького неповоротливого румяного Антошу Дельвига в Петербург.

С 19 октября 1811 началась его лицейская жизнь.

Из лицейской характеристики Дельвига:

"Барон Дельвиг Антон, 14 лет. Способности его посредственны, как и прилежание, а успехи весьма медленны. Мешкотность вообще его свойство и весьма приметна во всем, только не тогда, когда он шалит или резвится: тут он насмешлив, балагур, иногда и нескромен;в нем примечается склонность к праздности и рассеянности. Чтение разных русских книг без надлежащего выбора, а может быть и избалованное воспитание, поиспортили его, почему и нравственность его требует длительного надзора, впрочем, приметное в нем добродушие, усердие его и внимание к увещеваниям при начинающемся соревновании в российской словесности и истории, облагородствуют его склонности". Из этой весьма ценной, несколько противоречивой,характеристики видно, как высока была планка требований к лицеистам и сколь тонкие наблюдения велись педагогами за их развивающимися душами.

О лени Дельвига в Лицее ходили легенды. Он сам поддерживал свою репутацию увальня - лентяя, задумчивого и рассеянного:

Я благородности труда

Еще мой друг не постигаю

Лениться, говорят, беда:

А я в беде сей утопаю.

Но был ли он ленив на самом деле? Едва ли. Скорее, это была манера поведения, темп жизни, усвоенный в детстве и перешедший в стойкую привычку. Дельвиг не торопился. Он размышлял. Копил силы.

Надо сказать, что мешкотность и медлительность его никогда не проявлялась в тех случаях, когда требовалась решительность и быстрота действий. При разговоре с Бенкендорфом о судьбе "Литературной газеты" Дельвиг повел себя столь мужественно, твердо и тактично, что генерал в конце разговора вынужден был извиниться перед ним. Но это было позднее . В декабре 1830 года.

Да и будь лень настолько истинной, разве успел бы Антон Антонович столь многое за столь короткую жизнь?... Навряд ли.

Успехи Дельвига в изучении словесности отмечались учителями. Воображение Дельвтга не знало границ. Часто лицеисты собирались по вечерам и рассказывали друг другу разные выдуманные истории о приключениях и подвигах. Пушкин позднее вспоминал в блестяще - неоконченной статье о Дельвиге: " Однажды вздумалось ему рассказать некоторым из своих товарищей поход 1807 года, выдавая себя за очевидца тогдашних происшествий. Его повествование было так живо и правдоподобно и так сильно подействовало на воображение молодых слушателей, что несколько дней около него собирался кружок любопытных, требовавших новых подробностей о походе. Слух о том дошел до нашего директора ( В. Ф. Малиновского, рано умершего, его сменил Е. А. Энгельгардт), который захотел услышать от самого Дельвига рассказ о его приключениях. Дельвиг постыдился признаться во лжи столь же невинной, как и замысловатой, и решился ее поддержать, что и сделал с удивительным успехом, так что никто из нас не сомневался в истине его рассказов, покаместь он сам не признался в своем вымысле."

Далее А. Пушкин замечал:"Дельвиг, рассказывающий о таинственных своих видениях и мнимых опасностях, которым будто бы подвергался в обозе отца своего, никогда не лгал в оправдание какой - нибудь, для избежания выговора или наказания."

Дельвиг превосходно знал немецкую поэзию, наизусть цитировал Шиллера и Гельти. Вместе с Кюхельбекером и Пушкиным она заучивали наизусть оды и стихотворения Державина, Жуковского: и древнего Горация, которого Антон тщательно разбирал в классе под руководством профессора Н. Кошанского.

"Первыми его опытами в стихотворстве - писал А. Пушкин - были подражания Горацию. Оды " К Диону", "К Лилете", " К Дориде" были написаны им на пятнадцатом году и напечатаны в собрании его сочинений без всякого изменения. В них уже заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял." (Пушкин. Неоконченная статья о А. Дельвиге)

В 1814 году Дельвиг послал свои первые стихотворные опыты издателю популярного журнала "Вестник Европы" Владимиру Измайлову. Стихи были напечатаны без имени автора, но "привлекли внимание одного знатока, который видя произведения нового, неизвестного пера, уже носившие на себе печать опыта и зрелости, ломал себе голову, стараясь угадать тайну анонима..." ( Там же.)

Именно к Дельвигу, зная о его "дружбе с Музой" обратился директор Лицея Егор Антонович Энгельгардт с просьбой написать прощальную песнь для выпуска.

Дельвиг просьбу исполнил. Написал гимн Лицея, который знали все, кому в разные годы довелось учиться в этом заведении:

"Шесть лет промчалось как мечтанье,

В объятьях сладкой тишины.

И уж Отечества призванье

Гремит нам: шествуйте, сыны!

Простимся, братья! Руку в руку!

Обнимемся в последний раз!

Судьба на вечную разлуку,

Быть может, здесь сроднила нас!"

(Дельвиг А.А. Лицейская песня)

По выходе из Лицея Дельвиг был определен на службу в Министерство финансов. Но уже с сентября 1820 года он "по найму" поступил в Публичную библиотеку, под начало Ивана Андреевича Крылова, а 2 октября 1821 года был официально утвержден в должности помощника библиотекаря. Правда, Иван Андреевич много раз шутливо ворчал на помощника, предпочитавшего читать книги, а не заносить их в каталоги. Вскоре русское отделение Публичной библиотеки оказалось под угрозой хаоса. В 1823 году Дельвиг покинул свой пост. Он и потом служил чиновником самых различных ведомств, но душой неизменно был весь в своем альманахе " Северные цветы".

Дельвиг был членом " Вольного общества любителей российской словесности, куда вступил в 1819 году и где бывали члены "Северного Общества" декабристов - Рылеев, Бестужев, Трубецкой, Якушкин: Шумные споры о поэзии, гражданских и политических свободах затягивались до полуночи. Дельвиг же впервые привел на заседание "Вольного общества" и опального Е. Боратынского, с которым в то время очень подружился ( см. очерк Е.Боратынский"). У Дельвига был удивительный дар распознавать литературный талант и поддерживать его, чем только возможно! Он первый предсказал Пушкину огромную поэтическую славу, в трудную минуту дружески опекал Е. Боратынского, помогал Н. М. Языкову с печатанием стихов.

В. А. Жуковский - сам добрый гений талантов - высоко ставил эту душевную способность Дельвига: не завидовать, понимать, сострадать, дарить свое внимание и добрую, чуть растерянную близорукую улыбку всем, кто его окружал...

Сам Дельвиг написал как - то в ответном сонете Н. М. Языкову такие строки:

От ранних лет я пламень не напрасный

Храню в душе, благодаря богам,

Я им влеком к возвышенным певцам,

С какою - то любовию пристрастной.

Эта пристрастная любовь выражалась чаще всего в том, что дар поэтический друзей, Дельвиг ценил больше, чем свой собственный. Хуже то, что критика впоследствии говорила, что половина стихотворений Дельвига написано Боратынским, вторая половина -Пушкиным. Скромность Дельвига сослужила ему очень плохую службу..

6 мая 1820 года Дельвиг проводил А. Пушкина в южную ссылку в Одессу, потом в Михайловское. И непрерывно писал ему, ободряя, утешая, веселя, рассказывая все свежие петербургские новости и новости семьи родителей Пушкина, с которыми он был дружен чрезвычайно, распрашивая о литературных планах: Многие из этих писем не сохранились, не дошли до нас.

Им можно было бы посвятить целое отдельное исследование. Это - настоящий литературный памятник тому, что называется истинной дружбой, что ускользало и ускользает от нас, предшественников, потомков, туда в глубину, веков, в тень аллей, неяркое пламя свечей, каминов, поскрипывания по белым листам бумаги тонкого гусиного пера: Вот несколько строчек из уцелевших писем:" Милый Дельвиг, я получил все твои письма и ответил почти на все. Вчера повеяло мне жизнью лицейскою, слава и благодарение за то тебе и моему Пущину: На днях попались мне твои прелестные сонеты- прочел их с жадностью, восхищеньем и благодарностью за вдохновенное воспоминанье дружбы нашей:" ( Пушкин - А.А. Дельвигу 16 ноября 1823 года.)

Милый Пушкин, письмо твое и " Прозерпину" я получил, и тоже в день получения благодарю тебя за них. "Прозерпина" это не стихи, а музыка: это пенье райской птички, которое, слушая, не увидишь, как пройдет тысяча лет:" В этом же письме и деловые разговоры -Дельвиг обращается к Пушкину как издатель: "Теперь дело о деньгах. Ежели ты хочешь продать второе издание "Руслана", "Пленника" и, ежели можно, "Бахчисарайского фонтана", то пришли мне доверенность. Об этом меня трое книгопродавцев просят; ты видишь, что я могу произвести между ними торг и продать выгодно твое рукоделье. Издания же будут хороши. Ручаюсь." ( Дельвиг - Пушкину. 10 сентября 1824 года.)

Антон Антонович всегда искренне переживал и беспокоился за друга. Уже в Михайловское к Пушкину пришло письмо:

"Великий Пушкин, маленькое дитя! Иди, как шел, то есть делай, что хочешь, но не сердися на меры людей и без того довольно напуганных! Общее мнение для тебя существует и хорошо мстит. Я не видал ни одного порядочного человека, который бы не бранил за тебя Воронцова, на которого все шишки упали:. Никто из писателей русских не поворачивал так каменными сердцами нашими, как ты. Чего тебе недостает? Маленького снисхождения к слабым. Не дразни их год или два, бога ради! Употреби получше время твоего изгнания. Продав второе издание твоих сочинений, пришлю тебе и денег и ежели хочешь, новых книг. Журналы все будешь получать. Сестра, брат* (* Ольга Сергеевна и Лев Сергеевич Пушкины были в то время в Михайловском - автор), природа и чтение, с ними не умрешь со скуки. Я разве буду наводить ее:" ( А. А Дельвиг - А. Пушкину 28 сентября 1824 года)

Антон Антонович все время собирался посетить друга в Михайловском, но литературные и издательские дела задерживали, а потом с ног свалила болезнь. В Михайловское Дельвиг попал лишь 18- 19 апреля 1824 года. Пушкин был рад ему несказанно. Начались задушевные беседы, обсуждение дальнейшего издания альманаха " Северные Цветы", подробнейший разбор всех литературныхз новинок. Уточняли состав нового сборника стихотворений Пушкина. Обедали, вспоминая общих знакомых, играли в бильярд, гуляли. А вечерами отправлялись в Тригорское, к соседкам - барышням Осиповым - Вульф на малиновый пирог с чаем и пунш.

Все семейство Осиповых - Вульф дружно влюбилось в добродушного , веселого умницу Дельвига, все время ронявшего на пол и в траву смешное пенсне на шнурке. Самых младших детей Прасковьи Александровны Осиповой - Марию и Евпраксию Дельвиг любил раскачивать на качелях и называл ласково:"маленькие друзья". А те ответно не чаяли в нем души. Время пролетело незаметно. Уже 26 апреля 1824 года Дельвиг выехал из Михайловского в Петербург.

А вскоре, в ответ на шутливые упреки Прасковьи Александровны, на ее обвинения в молчании, Дельвиг сообщил:" Тут замешалась любовь и любовь счастливая. Ваш знакомец Дельвиг женится на девушке, которую давно любит - на дочери Салтыкова, сочлена Пушкина по "Арзамасу"* (*Литературное общество, членом которого был Пушкин еще в годы учебы в Лицее - автор).

Софье Михайловне Салтыковой было в ту пору только 19 лет. Мать ее умерла, отец, человек свободолюбивых взглядов, литератор и хлебосол, доживал свой век в Москве. Софья Михайловна была умна, очаровательна, обожала литературу и больше всего - Пушкина. Она писала подруге:"Невозможно иметь больше ума, чем у Пушкина - я с ума схожу от этого. Дельвиг очаровательный молодой человек, очень скромный, не отличающийся красотою; что мне нравится, так это то, что он носит очки. Насчет очков сам Антон Антонович иронизировал: " В Лицее мне запрещали носить очки, зато все женщины казались мне прекрасны; как я разочаровался в них после выпуска".

Но в случае женитьбы на Салтыковой разочарования казалось бы не произошло. Молодость, очарование, ярко выраженный темперамент, прекрасный литературный вкус, природная доброта - все это снискало юной баронессе Дельвиг искреннее уважение среди друзей ее мужа : литераторов, издателей, книгопродавцев, посещавших их дом. Были и поклонники, но об этом - речь впереди....

Софья Михайловна старалась создать в своем салоне непринужденную атмосферу дружеского общения и веселья. Часто устраивались музыкальные вечера, исполнялись романсы на стихи Языкова, Пушкина и самого Дельвига. После того, как молодой композитор Алябьев написал музыку на слова его стихотворения "Соловей", романс запела вся Россия.

Дельвиг, как поэт , прославился своими "Идиллиями" - стихотворениями в стиле античной поэзии. Часто думали, что это переводы Феокрита, Горация и Вергилия: Но это были плоды воображения самого Дельвига.

Пушкин писал о творчестве друга:"Идиллии Дельвига для меня удивительны. Какую силу воображения должно иметь, дабы так совершенно перенестись из 19 -го столетия в золотой век и какое необыкновенное чутье изящного, дабы так угадать греческую поэзию сквозь латинские подражания или немецкие переводы, эту роскошь, эту негу, эту прелесть, более отрицательную, чем положительную, которая не допускает ничего напряженного в чувствах;тонкого, запутанного в мыслях; лишнего, неестественного в описаниях!

(А. С. Пушкин. Отрывки из писем, мысли и замечания. 1827 г.)

Дельвиг был известен также как тонко - беспощадный критик, разбирающий каждую литературную новинку: роман, поэму, повесть, стихотворения, и особенно - переводы. Иногда он с горечью писал: "Радуешься хорошей книге, как оазису в африканской степи. А отчего в России мало книг? Более от лености учиться" ....Не правда ли, звучит весьма современно?

Его "Литературная газета" часто выдерживала нападки булгаринской "Северной пчелы",Дельвигу крепко доставалось за критику и яростное неприятие романа Булгарина "Иван Выжигин," принятого на ура невзыскательной публикой. Мелодраматический, пусто - слезливый роман о похождениях любвеобильного героя не мог вызвать положительного отзыва у человека и литератора, который славился своим тонким взыскательным вкусом и профессиональным взглядом на литературу! Дельвиг не мог кривить душой. Он писал:

" Литературная газета" - беспристрастна, издатель ее давно уже желает, чтобы г. Ф. Б.* (* Ф. Булгарин - автор.) написал хороший роман; хвалить же "И . Выжигина" и "Дмитрия Самозванца" - нет сил!" ( А. А. Дельвиг. Ответ на критику "Северной пчелы".)

Дельвиг в своей газете также часто публиковал произведения полуопального Пушкина и "совсем" опального Кюхельбекера, выдерживая шумные нападки и недовольства Цензурного комитета. Письменные и устные объяснения с цензурой и с самим шефом жандармов, графом Бенкендорфом, затягивались, порой, до бесконечности.

Жесткая литературно - журнальная борьба и заботы о семье - в мае 1830 года у Дельвига родилась дочь Елизавета - порой совершенно изматывали поэта. Он все реже мог счпокойно присесть к письменному столу для того, чтобы написать несколько поэтических строк. Сырой климат Петербурга не очень подходил Дельвигу, он простужался и часто болел, но уехать куда - то отдохнуть не имел возможности - мешали издательские заботы, и нехватка средств. Очень тяжело Антон Антонович переживал разлуку с друзьями, принадлежащими теперь к "декабристскому племени": Пущиным, Кюхельбекером, Бестужевым, Якушкиным:Старался поддержать их письмами, посылками, всем, чем мог. Это тоже вызывало тихое недовольство власти.

Официальной причиной внезапной смерти Дельвига считается до сих пор тяжелый разговор с графом Бенкендорфом, состоявшийся в ноябре 1830 года. Бенкендорф обвинил Дельвига в неподчинении властям, печатании недозволенного в "Литературной газете" и пригрозил ссылкой в Сибирь...

Дельвиг вел себя столь достойно и хладнокровно, что в конце разговора граф, вспомнив о дворянском достоинстве, вынужден был извиниться: Дельвиг спокойно вышел из кабинета. Но когда он вернулся домой, то вскоре слег в приступе нервной лихорадки, осложнившейся воспалением легких.

Причиной неофициальной, но эмоционально более понятной, была банальная супружеская измена.

По воспоминаниям Е.А. Боратынского,(малоизвестным и никогда не публиковавшимися!) поэт, вернувшись домой в неурочный час, застал баронессу в объятиях очередного поклонника.. Произошла бурная сцена, София Михайловна и не пыталась оправдаться, упрекала мужа в холодности и невнимании. Невиновный стал виноватым.Тяжелые впечатления от разговора с Бенкендорфом и семейная трагедия привели к тяжелому приступу нервической лихорадки. Все осложнилось простудой. Почти полтора месяца Дельвиг провел в постели. Одна ночь облегчения сменялась двумя ночами приступов кашля, озноба и бреда. Врачи пытались облегчить страдания больного, но безуспешно.

14 января 1831 года Антона Дельвига не стало: Он умер, не приходя в сознание, шепча в горячечном бреду одно и то же:"Сонечка, зачем ты сделала это?!" В доме поспешно разобрали нарядно украшенную елку. Завесили черным кружевом зеркала. Зажгли свечи. Кто - то в суматохе открыл створку окна. Порывом ледяного ветра свечу задуло. На секунду все погасло во мраке. И тут послышось пение: София Михайловна не отходившая последние дни от постели мужа,, заливаясь слезами и гладя его п охолодевшие руки, бархатным контральто пыталась вывести первые строки романса:

"Соловей мой, соловей!

Ты куда, куда летишь?

Где ж всю ночку пропоешь?.."

(А. Дельвиг. Соловей.)

Голос сорвался на самой высокой ноте. Смолк. Ответом скрбному пению была лишь пронзительная тишина. Соловей уже не мог отвечать. Его трель звучала в ином поднебесье.

P. S. Спустя несколько месяцев после смерти Дельвига, баронесса София Михайловна Дельвиг вышла замуж за брата поэта Боратынского - Сергея Абрамовича. Он и был тем поклонником которого застал в своем доме в поздний час барон Дельвиг. Всю свою жизнь София Михайловна не могла сдержать слез, слыша первые такты "Соловья". В доме Боратынских - в усадьбе Мураново этот романс никогда не исполнялся.София Михайловна считала, что незачем призрак прошлой жизни смешивать с настоящей. Возможно, она была права....

2 июля 2001 года.Светлана Макаренко

Источник: peoples.ru

© Звёзды.Ру