Звёзды.Ру

Азамат Муратов

Категории › СпортКомментаторы

Азамат Муратов

Спортивный комментатор

Имя: Азамат
Фамилия: Муратов
Дата рождения: 30.10.1969
Гражданство: Россия


О «Весах» и людях

Вы похудели почти на двадцать килограммов за три месяца…

– Да. В марте на телеканале БСТ (Башкирское спутниковое телевидение – прим.) стартовал мой личный проект под названием «Весы». На спор с магазином «Мир музыки» я должен был стать легче к июню больше, чем на восемнадцать килограммов. Предмет спора – 100 000 рублей. Но самое главное, что по ходу реалити-шоу к нему присоединилось более ста человек. Это очень важно, что все получилось. Люди хотят «Весы-2». Я уже шучу и говорю, что хочу тоже, но только такой проект, как «Дом-2». Чтобы пять лет шел.

Но это же небезопасно?

– Верно, врачи меня отговаривали сначала, но я решился. У нас в программе был и штатный психолог, и штатный диетолог, другие специалисты, все давали разные советы. Но шоу готовилось восемь месяцев в моей голове. Так что я был готов. Вместо ста килограммов стал весить восемьдесят.

Было трудно?

– Представь себе, каждый день по часу в прямом эфире. В гостях много самых разных специалистов, и все говорят о своем. В таком калейдоскопе можно с ума сойти, не то, что похудеть. И когда все закончилось, я понял, что это, в принципе, стрессовая ситуация.

А если бы вы проиграли?

– То просто не получил бы деньги. Самое интересное, что не только я должен был похудеть, но еще и люди из моей группы поддержки. Один из коллег-журналистов, например, быстро слетел.

Но вы выиграли…

– … и стал лучшим другом всех домохозяек. Резонанс у «Весов» был. Люди довольны, люди счастливы.

График похудения у вас был расписан на три месяца вперед?

– Нет, мне никто ничего не расписывал. Я просто должен был без всяких чудо-таблеток и оперативных вмешательств сбросить вес. Своим примером показать, что здоровый образ жизни может творить чудеса. Перед стартом шоу были сданы анализы в больнице. По окончании программы сдал их снова, и все анализы улучшились, все вернулось в норму. Врачи сами рады, что на моем примере можно показать, что все доступно и просто. Просто людям нужен «волшебный пендель». Это как хоккей. «Салават Юлаев» стал чемпионом, и сразу у него появилось миллион болельщиков. Муратов начал стройнеть, сразу все присоединяются к нему. Вместе же веселее.

Старт «Весов» выпал на старт серии плей-офф «Салават Юлаев» – «Ак Барс». Все домашние и выездные матчи на БСТ комментируете вы. Хоккей помог похудеть?

– Не могу сказать однозначно. Я пытался посчитать, сколько калорий теряю за матч. Но ни в одном справочнике мира таких цифр не нашел. Да их и не может, наверное, быть. По моим личным ощущениям – была усталость. Днем у меня прямой эфир «Весов», а вечером – «комментаторская будка». Вот так поживешь в таком ритме и скинешь вес, еще как. Хотя, поди, попробуй после таких хоккейных матчей не покушай…

О Быкове и Захаркине, Ржиге и Михалеве

Поговорим о хоккее. Сезон закончен, «Салават» – чемпион. Что запомнилось больше всего?

– Было очень круто, радостно. Хоккей был феерический, команда была просто мечта. Всех люблю, всех ценю. То, что мы видели в этом году – да нам в других регионах обзавидоваться должны. В той же Канаде за такую команду люди головы отдали бы от радости. Но большое видится на расстоянии. Сейчас есть ощущение, что в рабочем порядке получили чемпионство. Так случилось, что в этом году планировали какого числа получим кубок. Когда проиграли четвертый матч в Мытищах, мало кто в Уфе сомневался, что дома следующую игру мы не отдадим. Вся республика готовилась к празднику в выходной день. Отмечу безбашенную и веселую регулярку. В этом плане Быков и Захаркин – вообще красавцы. Дали нам насладиться хоккеем в полной мере. Шашки наголо и вперед – это лучший хоккей, мечта болельщика.

Если в Youtube набрать «Азамат Муратов», знаете, какой ролик всплывет первым?

– Наверное, «Муратов жжот в прямом эфире, Патрик Торесен».

Нет. Это будет гол Мики Ханнулы «Нефтехимику» прошлой весной…

– Ну да, плей-офф, первый раунд. Счет в серии тогда был 2-2. Пятый матч, идет второй или третий овертайм и гол. У всех реально от сердца отлегло.

Можно сказать, что прошлогодний сезон больше заставлял нервничать?

– Намного больше. Один «Нефтехимик» сколько крови выпил. В этом году я был спокоен.

Даже когда «Салават» попал на «Ак Барс»?

– Да. Когда Казань прошли, вообще, без вариантов было. Мы – чемпионы. Да я и за Казань был спокоен. Потому что три раза в одну воронку уж точно не попадет. Мы должны были выходить в финал любой ценой. А два раза мимо – это уже было много.

А седьмой матч против «Магнитки»…

– Я еще днем в эфире «Весов» сказал, что надо верить в победу. Потом мне позвонили с телеканала «Вся Уфа» и пригласили обсудить рейтинговую тему совсем не хоккейные люди. И я там проводил пятнадцатиминутный «психологический сеанс», что все будет хорошо, мы победим. Вечерний репортаж в день игры я начал со слов, что если не будем сомневаться, то обязательно победим. И это сработало – Антипов забросил шайбу очень вовремя.

Правильно, на ваш взгляд, поступило руководство клуба, что решило не продлевать контракт с Быковым и Захаркиным?

– Я такое вообще не обсуждаю по очень простой причине: когда я впервые попал во Дворец спорта на Зорге с отцом, то для меня все эти вещи были непонятны, неизвестны. Мне было всего четыре года. Но с тех пор ничего не изменилось. У нас есть команда и у нас есть вот такие игроки и вот такие тренеры. Без разницы, какие. И без разницы какое место клуб занимает: первое или двадцать первое. Для меня главное – «Салават Юлаев». Все.

Но вы читаете мнения в интернете?

– Конечно, я в курсе всех этих жарких споров. Но вот пришел Сергей Михалев, и я доволен. Остался бы Быков, я бы тоже был доволен. Если бы кто-то к нам Ржигу отправил – вот это был бы бред, конечно, но все равно я бы принял решение клуба, хоть и задался бы вопросом: зачем? Тренеры уходят, приходят. Все равно решение принимают другие люди, и никто из болельщиков на них повлиять не сможет. Если бы я мог влиять, то тогда бы таким вещам уделял больше времени.

Хорошо, пришел Михалев…

– Начнем с того, что он – друг моего дяди. Но я, будучи в некотором роде журналистом, ни разу не пользовался привилегией по знакомству подойти и взять эксклюзивное интервью у Михалыча. Хотя я точно знаю, что он не отказал бы. Дядя у меня в Сельхозинституте «учил» почти всю команду «Салават Юлаев» в восьмидесятые годы. Он был проректором и с юмором относился к спортсменам. С пониманием того, какие они «специалисты» в силу объективных причин.

Так вот, Михалев. Всегда выглядит, как добрый дедушка, молодой отец, отличный человек. Спасибо ему за первое чемпионство в истории клуба. Сможет он с этой командой добиться больших высот? Я думаю, что сможет. И если руководство приняло такое решение, значит, так надо было. В этом году они всем доказали и показали, что в хоккее разбираются прекрасно. Кстати, через того же дядю знаю, что Сергей Михайлович, например, просто восхищается игрой Кирилла Кольцова.

Однажды на пресс-конференции Михалев сказал, что у Кольцова не все в порядке с головой…

– Так может он за это им и восхищается. За то, что он нестандартный, золотой хоккеист, который мыслит по-другому.

О радио, процветании и новом контракте

Сколько лет вы уже комментируете хоккей на БСТ?

– Три сезона откомментировал. Я внештатный сотрудник канала, поэтому в прошедшем сезоне у меня был подписан договор на все домашние и выездные матчи команды, а также на некоторые игры «Толпара».

Первый чемпионский сезон как смотрели?

– По телевизору. Это был тот редкий сезон, когда я не взял абонемент. С удовольствием слушал коллегу Власова. Потом Олег пропал из поля хоккейного зрения, и руководитель спортивных программ на БСТ Максим Балобанов пригласил меня. Сразу могу сказать, что свой первый матч в эфире не помню. Вообще, я долгое время работал только на радио. Вот там я знаю все. Как говорится, могу быть и директором, и уборщицей. Мне радийная кухня знакома прекрасно.

И какие были ощущения, когда начали комментировать?

– Было страшно интересно. Кстати, я неделю назад скачал Кубок Вызова 1979 года СССР – Канада. Я помню, как с отцом в четыре утра его смотрел по черно-белому телевизору, на котором программы плоскогубцами переключались. Так вот комментировали тот матч Озеров и Майоров. Когда первый отключался, то второй его подстраховывал. Послушаешь их и понимаешь, как несладко было в то время.

И все-таки, получается, что комментирование матчей для вас – это хобби?

– Не знаю, скорее да, чем нет. Но я не отношусь к этому как к основной профессии – это точно. Я не хочу всю жизнь комментировать.

А кто вы по профессии?

– Профессиональный безработный.

Но вы везде – на хоккее, на радио, в телевизоре…

– Это обман зрения. Создается ощущение, что я везде, но в то же время нигде. Ну, кто я по профессии? Даже не знаю. Высшего образования у меня нет. А зачем оно? Помню, меня назначили главным редактором государственного радио в Башкортостане. Прихожу в отдел кадров, а там вполне себе советская женщина плачет. Я говорю: «А что вы плачете?». А она: «Не могу тебя взять на работу без высшего образования, ты не можешь быть главным редактором». Я посмеялся и ушел. Все равно ведь возьмут. И взяли.

Сейчас думаю, может, на радио снова прийти, с утра «покукарекать». На самом деле, меня интересуют другие вещи, но раз есть такой источник и дохода, и удовлетворения, то почему нет? Я из тех, кому часто говорят: везет тебе, ты за свой кайф от работы еще и деньги получаешь.

А какие именно другие вещи вас интересуют?

– Процветание. Это такая многонаправленная тема. То есть ты можешь иметь деньги, но не иметь здоровье, значит, ты не процветаешь. Ты можешь иметь и деньги, и здоровье, но не иметь хороших друзей, значит, ты тоже не процветаешь. Если ты имеешь все это, включая друзей, но у тебя нет детей, значит, ты до сих пор не процветаешь. И так в каждом векторе жизни, начиная от хороших отношений со своими родителями, без которых также процветание невозможно. Сейчас я на том этапе, когда мне необходим хороший денежный поток, меня интересуют деньги. Всех, кто ими интересуется, надо почитать Роберта Кийосаки «Богатый папа, бедный папа», и все будет понятно.

Но на следующий сезон мы вас услышим?

– Не знаю, договор со мной еще не подписан. Хозяева телеканала согласовывают комментатора-кандидата с клубом. Предыдущие годы устраивал – как будет сейчас, посмотрим. Но желание продолжать комментировать у меня есть. Это не только из интереса, но и ответственность чувствую, почет. Все-таки серьезный клуб с пятидесятилетней историей.

Это нормальная ситуация, когда клуб тоже влияет на выбор комментатора?

– Думаю, да. Если в Уфе один из лучших в мире хоккейных клубов, то он может себе позволить влиять на такие вещи. Захотят, чтобы был Муратов, ну и здорово. Но, на самом деле, я всегда готов к тому, что меня уволят. Отношусь к этому спокойно, потому что прекрасно знаю, что уволят вообще всех. Рано или поздно и в любой момент. И тебя, и меня, и Билялетдинова, и Михалева, и Радулова продадут. Всех уволят. Другой вопрос, готов ли ты к увольнению. Я вот занимаюсь бизнесом и сам плачу людям зарплату. И точно знаю, что в этом месяце буду платить одному человеку, но в следующем месяце все перевернется, и я буду платить эти же деньги другому человеку. Нормальная ситуация. Поэтому не загадываю наперед.

Вы заметили, как к вам менялось отношение болельщиков по ходу этих трех сезонов, пока вы комментировали? Раньше вам в минус ставили то, что «топите» за своих. В этом году в сети появился ролик, где супергол Зиновьева в ворота ЦСКА рассматривают с вашим эмоциональным комментарием и со спокойным комментарием Александра Ткачева. И вас ставят Ткачеву в пример…

– Я отношусь к этому как к шоу-бизнесу. Если у болельщика есть возможность смотреть матч по трем разным каналам с тремя разными комментаторами – это же круто. Я даже жалею, что таких каналов всего три, а не тридцать три. Каждый найдет себе комментарий по душе. У меня даже есть мысли, как этого добиться. То, что Ткачеву где-то сказали, что он прокомментировал какой-то момент неправильно, а вот Муратов правильно – это ни о чем не говорит. Я абсолютно уверен, что в том же матче можно было найти кучу эпизодов, где Ткачев прокомментировал другие моменты правильнее, лучше, чем я. И ткнуть носом уже меня. Миллион людей – миллион мнений. Для меня одно то, что Азамат Муратов обсуждается на одном уровне с Александром Ткачевым – это уже хорошо. Значит, не зря сидел три года у микрофона. Все остальное – от лукавого. Кстати, не считаю, что отношение изменилось ко мне из-за того, что я стал комментировать лучше или хуже. Хорошо играет «Салават», то и Муратов хорошо комментирует. Как только «Салават» играет плохо, то и Муратов плохой. Он виноват, накаркал, сглазил, перепутал номер, неправильно сказал о хвате клюшки. Это – шоу-бизнес. А у людей некоторых – философия жертвы. Многие серьезно думают, что это я определяю, кто гол забьет, а кто не забьет.

А то, что вы «топите» за своих…

– Ну, это, вообще, глупости. А как по-другому? Я нахожусь в Уфе, на БСТ зарплату получаю. У клуба и телеканала один хозяин, республика. Это же все равно, что я включил бы раньше Майорова, а он не «топил» бы за сборную СССР. Бред же. К нам тут приезжает «Ак Барс», а я должен нейтралитет соблюдать? «БСТ – территория, на которой болеют только за «Салават Юлаев»! Я достаточно часто эту фразу в эфире произносил.

О глориках, кузьмичах и настоящих болельщиках

На какую аудиторию вы комментируете, как представляете себе среднестатистического зрителя?

– Я держу в уме только болельщиков «Салавата Юлаева». То есть, другими словами, комментирую для себя, потому что знаю, что я – болельщик. Еще комментирую для тех, кто, возможно, будет болельщиком. Кто увидит случайно, как здорово играет «Салават», кто услышит мой комментарий и захочет ко всему этому присоединиться. Ведь на самом деле в хоккее каждую секунду происходит что-то хорошее, что-то несет позитив. Потому что даже когда мы проигрываем, уж я-то точно знаю, что матч мы вытащим и выиграем обязательно. Не только сам в это верю, но и убеждаю всех зрителей. Вот моя задача. Если я буду сомневаться в победе любимой команды, то как я смогу убедить людей, что мы победим? Хвостом вилять нехорошо. Мне тогда не поверят. Люди такую лажу сразу чувствуют.

Какой у вас болельщицкий стаж?

– Примерно 35 лет. Я еще помню матчи, когда в Уфу приезжал «Бинокор» из Ташкента. Это же было время, когда Брежнев любил хоккей, и каждая республика должна была иметь свою команду. Тогда существовала даже и такая экзотическая команда, как «Енбек» из Алма-Аты. Это все я видел. Помню, в детстве меня поразила ярко-желтая форма воскресенского «Химика». Хоккей – это в принципе волшебство, а тогда это было что-то нереально волшебное. Я вот пришел этой весной во дворец на Зорге и понял, что он ужасно маленький. Судья ведь слышал абсолютно все, что о нем говорили. Для меня это уже не дворец спорта, а спортзал с сидениями. Помню, как туда пиво проносили. Забавно было…

Как вы относитесь к так называемым глорикам, которые появились только после побед «Салавата», и к так называемой модной уфимской тусовке, которая все больше поглатывает хоккей, абсолютно не разбираясь в нем?

– Нормально отношусь. Пусть они будут, пусть появляются. Вот это все деление на настоящих болельщиков, «кузьмичей» и «глорихантеров» имеет право быть. Но такое деление придумали не «кузьма» и «глорики», а как раз те, кто считает себя настоящим болельщиком. Людям нужно всегда как-то спозиционироваться, показать, что они чем-то круче других. Вот в данном случае мы круче всех. Но на самом деле – это все фигня. Человек обратил внимание на хоккей – это же здорово. Пусть они помнят только дерби с «Ак Барсом», пусть. Я помню еще те времена, когда 1:1 на своем льду с московским «Динамо» было из разряда отличного результата, порой недостижимого.

Ничья с такой командой и все, мы – крутые. Когда к нам приезжали Крутов, Ларионов, Макаров, Фетисов и кое-как, на зубах, нас выигрывали, это ли не гордость тогда была за команду? Что, мы тогда не «глорихантерами» были? Самое главное, чтобы в хоккей пошли дети. Вот главная суть этих всех побед хоккейных команд. Радулов нужен нам для того, чтобы маленький Петя или Вася тоже захотел быть Радуловым и пошел в спорт. И не столь важно, сколько хоккеист стоит, важно, сколько детей пойдет за ним, захочет стать таким, как он. Вот я не понимаю разговоров о том, что на хоккей много денег тратится. Ну а на что их тратить? На колбасу? Всем раздать по палке колбасы и потом ждать, пока попросят вторую?

Какое для вас главное отличие первого чемпионского сезона от второго?

– Первое запоминается всегда потому, что оно первое, это понятно. Но тут один Радулов чего стоит. Минувший сезон был ярче, я считаю. Вообще, у меня жизнь на одном только хоккее не заканчивается. Отношусь к нему так, что он всегда рядом. Для меня это – хороший ровный зеленый фон. Радость, ожидания. Многие вещи, которые некоторые болельщики помнят, переваривают, просто пропускаю. Не помню голы, очки, секунды. Я сейчас, может, чемпионский состав-2008 по памяти не назову. Потому что это для меня неважно, так как в любой момент залезу в интернет или в справочник и посмотрю то, что нужно. Вот, например, не помню, играл ли в этом плей-офф Олег Твердовский. Для меня важно, что он был в команде, и я видел, как он поднимал Кубок Гагарина над головой.

Есть любимчики в нынешнем «Салавате»?

– Радулов вне конкуренции, это понятно. Мне Антипов очень нравился. Жаль, что ушел. Мы только клип сняли с ним на «Мое навеки зеленое сердце». Володя был его главной ценностью. Мне теперь самому интересно будут теперь этот клип где-то крутить или нет? Но Антипов все равно навсегда «юлаевец» – это однозначно. С другой стороны, он ушел в Челябинск. Это же тоже наши. У нас хоккей почти весь оттуда пришел. Так что хоккеист, по сути, никуда и не делся. Просто будет играть в форме «Трактора». Обидно, но жизнь такая.

О Ткачеве и Гимаеве, о экспертах и экспериментах

Кто из коллег-комментаторов нравится больше всего?

– Всех слушаю с огромным удовольствием. Честно.

И все же. Есть «Россия 2», «НТВ-Плюс», многие комментаторы с которого работают на «КХЛ-ТВ». Чей комментарий предпочитаете?

– Вот тарелки НТВ у меня точно не было никогда. Предпочту «Россию 2». Если уж настаиваешь, чтобы кого-то назвал, то скажу, что мне нравится дуэт Гимаев – Ткачев. Нормально, интересно делают свою работу. Но вот в этом году они чей-то заказ, похоже, выполняли, гнобя Быкова и Захаркина. В этом плане они мне не нравились. Но с другой стороны я знаю, что Быков и Захаркин – взрослые дяди и сами разберутся, к чьей критике прислушиваться. Если Гимаеву и Ткачеву совесть позволяла говорить такое о тренерах – ну что ж, это их личное дело. Отмечу, что я не защищаю и не оправдываю тренеров, мне просто непонятна в таком случае позиция комментаторов, которые используют эфир для выяснения отношений. Хотя говорить может только одна сторона, а вторая в это время стоит за спинами хоккеистов. А уж что там у них было, кто чью бабушку обидел, мне все равно. Лить грязь на Быкова – это их нравственный выбор. Быков сильный, он выдержал, восхищаюсь им. Но с точки зрения тех матчей, которые не касались «Салавата Юлаева», Гимаев и Ткачев мне симпатичны. Отличный дуэт.

Сами хотели бы поработать в прямом эфире с напарником-экспертом?

– Так не с кем. У нас в Уфе либо нет экспертов, либо просто никто даже этим вопросом не задавался. Хотя я себя спрашивал и пришел к выводу, что тут простая математика. Прекрасно помню, как начинал Сергей Гимаев, и сколько было нареканий в его адрес. И я прикинул, что если во всей хоккейной державе к микрофону вышел один Гимаев, и у него не все хорошо получается, как многим казалось, значит, дефицит «говорящих» людей, связанных со спортом, жесточайший. Если в Москве к микрофону вышел даже Кожевников, то это только подтверждает, что дефицит просто жуткий. Искать в Уфе такого самородка можно, но, скорее всего, затея будет заранее обречена на неудачу. Но если такую цель поставить, то я думаю, смогу разговорить практически любого. У меня мечта поработать в паре с профессионалом, с человеком, который знает хоккей изнутри. Я хотел Михалева на этот финал отобрать у КХЛ-ТВ. Говорю комментатору Андрею Юртаеву, давай, мол, Михалыч один матч с тобой, другой матч со мной. Он взгляд потупил и говорит: «Ну, давай». Но я шутил, конечно, отбирать работу у друга я не мог. Просто сидел и завидовал. Я бы с удовольствием комментировал и с Третьяком, и с Фетисовым, и с Ларионовым. Но разве ж они придут? Единоразово – да, возможно. Но у них и без региональных комментаторов дел своих полно, болтать в прямом эфире некогда.

А что касается совместного комментария с коллегами, то, помню, мы даже втроем комментировали игру в одной кабинке: я, Балобанов и Юртаев. Если не ошибаюсь, после этого редактору спортивных программ потом досталось. Звучало несуразно, каждый тянул одеяло на себя. Я сам считаю, что это неправильно. Хотя тогда мы находились на таком этапе, когда можно было экспериментировать.

О «Невозможного нет» и «Моем навеки зеленом сердце»,

Вы автор двух гимнов клуба…

– Здесь нельзя путаться. Я сочинил не гимны клуба, а гимны болельщиков клуба, то есть это все неофициальные песни. Да, «Невозможного нет» я написал еще тогда, когда «Салават Юлаев» занял в каком-то сезоне тринадцатое место. Потом пел ее на награждении золотыми медалями в 2008 году. История о том, как появилась песня «Мое навеки зеленое сердце» занятная. Она писалась на «Татнефть-арене». Я был год назад в мае в Казани на международном семинаре, с хоккеем никак не связанным. И меня казанцы все время подкалывали в фойе арены, мол, тебе не тяжело тут находиться? Говорят, иди хоть с кубком сфотографируйся. Засунь голову в прорезь с картонными Морозовым и Зариповым. Ну а что я мог сделать? Говорю: «Я лучше песню сочиню». Сидел на семинаре, слушал людей, а сам себе что-то мурлыкал под нос, придумывал. Учился бизнесу и прославлял любимый клуб одновременно. Когда люди увидели черновик, сказали сразу – это будет хит. Главная строчка, которую привез из Казани – «И в моем навеки зеленом сердце». Дописывал ее уже в Уфе в четыре утра сразу по возвращению. Потом гитару взял и начал петь. За лето записали песню в трех аранжировках, потратили с болельщиками денег.

Расскажите о Дне зеленого сердца, который прошел перед стартом прошлого сезона.

– Если есть песня, то ее же надо презентовать, правильно? Я мыслю проектами, поэтому задумка была давно. Вот и появился «День зеленого сердца». Пригласили болельщиков, организовали теплую предсезонную встречу, а клуб еще и помог. Пришел тренерский штаб в полном составе, пришел Игорь Волков. Главное было, соблюсти интересы всех. Мы подгадали и день, и время, и Быков с Захаркиным к нам примчались прямо с самолета. Вот ради таких проектов интересно тратить время. Это того стоило. Тем более как они раскрылись тогда, ты слышал? Сколько откровенностей было сказано со сцены!

Что в этом году будет?

– Если клуб вновь пойдет навстречу, то организуем новый «День зеленого сердца» уже с Сергеем Михайловичем, тренерским штабом и парочкой хоккеистов. Другой вопрос – с музыкальным сопровождением. Новую песню же сочинять не будем? Людям понравилось, люди хотят еще – и это здорово. Я, вообще, особый акцент делал на зеленый цвет сознательно. У всех великих команд есть отличительные признаки. У болельщиков «Салавата» – это зеленое сердце. «Спартак» – красно-белый, «Динамо» – бело-голубые, а мы – зеленые. Навсегда. Самое главное, что не «Ак Барс». Мы сделали большое дело – закрепили права на понятие «зеленое сердце», а они ведь могли оказаться и у Казани. И мы не оставили им даже малейшей возможности называть себя «зелеными». Здесь мы победили, сто процентов. Небольшая шпилька в адрес наших казанских друзей.

О Москве и популярности

«Весы» закончились. Порадуете в ближайшее время новым проектом?

– Да, идея есть, вынашиваю ее уже четыре года. Все зависит от программной политики телеканала БСТ. Те задумки, которые у меня есть, пока им не нужны. Я хотел сделать игру, которую бы запустили одновременно с «Поле чудес», чтобы потом померить рейтинги. Игра – ноу-хау, для народа. На деньги. Но нужны будут затраты, поэтому на данный момент я БСТ понимаю. Сейчас им это не надо. Все надо взвесить, обдумать, тут одной идеи мало. Если уж делать, то так, чтобы «Поле чудес» курило в сторонке…

Хотели когда-нибудь попробовать себя в Москве?

– Во-первых, Москву не люблю. Во-вторых, не считаю нужным там что-то делать. У меня другие приоритеты. Вот смотри, Юртаеву, парню из Уфы, двадцать пять лет, семьи нет. Ему это надо, и он поехал. Там тусовка, жизнь, работа, может, книжку напишет потом, он – талантливый парень. У меня, правда, тоже сейчас семьи нет, но ребенок есть. Возможностей реализовать себя в Уфе у меня масса. А там ходить и доказывать, что я – крутой, мне некогда и ни к чему. У меня же другие цели, которые нужно решить здесь и сейчас. Москва – не самоцель. Федеральный канал – ну и что? Я уже столько «наэфирился», что уже не вижу разницы между государственным каналом и каналом для микрорайона «Сипайлово». При этом зазнайства у меня нет. Наверное.

На улицах вас совершенно точно узнают. Мешает?

– В половине случаев мешает. Ладно, когда меня встречает толпа болельщиков «Салавата» после чемпионского матча. Но это – одна ночь, один вечер. А так, людей много. Подходят, жмут руку, фотографируются, просят автограф, спрашивают: «Ну как там, Быков и Захаркин-то?», «Что там с Торесеном?», «А Радулов остается?». Ну, я-то откуда знаю? Люди думают, что я знаю о хоккее все.

Вот пример. Вчера был на рыбалке. Река Дема, 50 километров от Уфы. У меня накрыт стол, я уже закинул удочку, приготовился отдыхать. Подходит какой-то мужчина, видит меня и говорит: «О, я тебя знаю». И понеслась. Ему нужно общение, а мне – нет. То есть узнают уже не один из ста, а один из одного.

О проблеме обмена комментаторами, Павле Зайцеве и киберспорте

Где доводилось комментировать на выездных матчах?

– Только в Екатеринбурге в начале минувшего сезона. Я всегда очень хотел поехать в Казань, потому что ничто не заменит живого присутствия на стадионе. Однако там ссылаются на то, что не будет технической возможности организовать рабочее место. Смешно, на самом деле. Но я понимаю, что рано или поздно мы к этому придем: их комментаторы будут приезжать к нам, а мы – к ним. Это очевидно, потому что вести репортаж нужно, видя живой хоккей. Поэтому я не завидую московским коллегам, которые комментируют с телевизора большую часть матчей. Им атмосферу не поймать, отсюда и недостаток эмоций.

А из Казани в Уфу комментировать не приезжали?

– Нет, обмена комментаторов нет, и это большущий минус. Я два сезона пытался уехать туда на выездные матчи – бесполезно. Никому это пока не нужно. Но мы придем к этому, повторюсь. Думаю, что очень скоро.

Так а какие проблемы? Неужели технические?

– Да какие могут быть технические проблемы в двадцать первом веке? Никаких проблем такого плана нет. Просто не хотят заморачиваться ни в Уфе, ни в Казани. Кстати, еще с прошлого года у меня была мечта поработать в паре с комментатором Павлом Зайцевым из Магнитогорска. Просто в прошлом году клубы не сошлись в плей-офф, а в этом сезоне я был настроен серьезно. Говорю: «Паш, поговори со своими. А я – со своими». Был настроен, чтобы мы с ним в качестве эксперимента впервые в России комментировали всю серию в одной будке. Причем я «топлю» за своих, а он – за своих. А мы с ним хорошие друзья. Он – мой сэнсэй, учил меня комментировать, я уже выписывал его как-то на уфимский Кубок Президента, чтобы Зайцев меня обучил, указал на ошибки. И вот Павел меня спрашивает: «Как будем делить площадку?». Говорю: «Строго по красной линии». Уфимские с шайбой в зоне магнитогорских – я веду игру. И наоборот. Но клубам оказалось не до нас, и в этом году такую великолепную серию каждый комментировал сам по себе. Представлю, что вместе бы комментировали седьмой матч, и у меня мурашки по коже.

Как познакомились с Зайцевым?

– В Уфе, на Кубке Президента, еще в старом дворце лет семь назад. Мы с братом сидели на трибуне, а рядом кричали парни из Магнитки, ну мы с ними и «закусились». Потом успокоились, поговорили и я узнаю, что передо мной комментатор из Магнитогорска. А у меня эфир утреннего шоу на радио на следующий день, и мне нужен гость. Говорю ему: «Приходи в восемь утра». Он ответил, что не проснется так рано, и пришлось за ним присылать нашего водителя. Вот с тех пор и дружим.

Что связывает вас с киберхоккеем?

– Являюсь президентом Федерации киберхоккея республики Башкортостан. Но сейчас просто этим времени нет заниматься.

Играете сами?

– Конечно. Сегодня, например, сыграл уже три игры на PlayStation 3. Форму стараюсь поддерживать каждый день.

А какой хоккей стал для вас первым?

– NHL 2002. И так по ступеньке шел вверх. А хок кей с каждым годом становится все лучше, лучше и лучше.

Какое место в мировом рейтинге занимаете?

– Сейчас в тысяче. Но чтобы подниматься, надо сесть и играть, играть, играть. В Магнитогорске есть у меня дружище, психолог по образованию, потрясающий парень Андрей Гуркин, который одиннадцатый в мировом рейтинге. Как он этого добился, я не представляю. В мировом Top-100 восемьдесят канадцев. И в основном приставка соединяет его на игры с ними. А в этом случае, при соединении через океан, такая задержка сигнала, что играть и побеждать невероятно трудно. А Андрюха этим топовым канадцам «пятые точки» надирает методично. Так насколько же круче он играет, если на доли секунды позднее узнает, что происходит на киберплощадке? Это – высочайший уровень. Но пару раз на официальных турнирах я у него выигрывал, один раз в полуфинале «Кубка Урала» даже без медалей оставил. Горжусь очень. Мало кто знает, а мне приятно.

Источник: peoples.ru

© Звёзды.Ру