Мария Оловенникова

1. Ранние годы и революционное крещение
2. Участие в революционном движении
3. Взгляды и идеология
4. Воспоминания современников
5. Несгибаемая воля и трагический конец

Ранние годы и революционное крещение

Мария Николаевна Оловенникова (Позднее известная как Ошанина) родилась в 1853 году в семье богатых помещиков Орловской губернии. Революционное мировоззрение Марии сформировалось под влиянием Петра Зайчневского, известного революционера-якобинца, который был сослан в Орел под надзор полиции.

Участие в революционном движении

В 1878 году Оловенникова присоединилась к организации "Земля и воля" и попыталась создать поселение революционеров среди крестьян Воронежской губернии для проведения пропагандистской работы. Позже она стала членом Исполнительного комитета "Народной воли". В 1880 году переехала в Москву, где руководила местной народовольческой группой. В 1882 году эмигрировала за границу и вместе с Тихомировым представляла там центр организации.

Взгляды и идеология

Оловенникова была приверженкой идей якобинцев, которые выступали за переворот и захват государственной власти. Она была известна своим выдающимся умом, настойчивостью и энергичностью, которые обеспечивали ей влияние в революционном движении. По словам современников, она обладала неженским мужеством и хладнокровием, что проявилось в ее участии в боевых предприятиях.

Воспоминания современников

М.Ф.Фроленко в своих воспоминаниях описывает Оловенникову как женщину с деятельной натурой, умеющую собирать вокруг себя людей и руководить ими. Она была умелой конспиратором и могла внушать собеседнику свои мысли как будто они были его собственными. Л.А.Тихомиров отмечал ее не поддающееся никакому колебанию мужество и неженское хладнокровие. А.Корба вспоминала о ней как о преданной освободительному движению женщине.

Несгибаемая воля и трагический конец

Оловенникова завещала не проводить ее до могилы и похоронить в общей яме. Однако друзья не исполнили ее просьбу и похоронили ее в отдельной могиле с надгробным камнем. Свой путь она завершила в 1898 году в возрасте 45 лет. В одном из своих последних писем она выражала надежду, что агенты русского консула будут ей благодарны за то, что она не доставила им удовольствия захватить ее рукописи после ее смерти.